Сегодня: вторник, 24 ноября 2020 года
Пробки: 1
Погода: 0 °C Облачно с прояснениями Ветер: 5 м/с Влажность: 100%
Чебоксарские врачи рассказали, почему тяжело оправиться после ковида и зачем нужна реабилитация

После выписки из больницы пациенты, перенесшие COVID-19, все еще испытывают слабость, страдают от кашля, одышки и субфебрильной температуры

26 августа 2020, 11:17 | Мой город Чебоксары
Фото: Оксана Ильина, ГКБ №1

В середине августа региональный Минздрав сообщал, что в реабилитации ориентировочно нуждаются около четырех тысяч жителей Чувашии, переболевших коронавирусной инфекцией. Если принять во внимание, что статистика по COVID-19 меняется ежедневно, можно предположить, что эта цифра будет только расти. По последним данным 45 человек уже прошли реабилитацию, с 24 августа к ней приступает еще 110 человек. Основные проблемы у них – дыхательная недостаточность, выраженный астенический синдром и отсутствие толерантности к физической нагрузке. Кроме того, у многих наблюдается депрессия.

Зачем нужна реабилитация?

Евгений Орешников, заместитель главного врача БСМП:

– Мы видим, что часть пациентов при выписке явно нуждается в долечивании или иными словами в реабилитации. Среди переболевших коронавирусом есть люди, которые перенесли его почти без последствий, а есть те, кто не способен выполнять привычные действия: ходить, делать что-то руками, выдерживать рабочее время. То есть условно им хватает сил до обеда, а после обеда – они валятся с ног.

Медики отмечают, что вирус COVID-19 многогранен и поражает различные органы человека. Поэтому часть пациентов, у которых возникли осложнения на сердце, нуждаются в реабилитации, как больные с инфарктом миокарда. Легочные больные, а это основная доля ковидных пациентов, – в реабилитации, как больные страдающие тяжелыми хроническими заболеваниями легких. Еще одно наблюдение – вирус воздействует и на нервную систему. Поэтому у людей нет сил не только, потому что им тяжело дышать, они эмоционально истощены. И это еще один повод к реабилитации.

Самых тяжелых пациентов помещают в отделение интенсивной терапии и подключают к аппаратам искусственной вентиляции легких (ИВЛ). В дальнейшем у пациентов, которые длительное время лежали под аппаратом, развивается так называемый ПИТ-синдром – синдром последствия интенсивной терапии. Это – астения, нарушение циркадного ритма (когда человек путает день с ночью), полинейропатия критических состояний (человек не может «пользоваться» своими руками или ногами), ортостатическая реакция (головокружения), дисфагия (когда человек поперхивается во время питья или еды).

При этом в современном понимании реабилитация начинается уже в остром периоде болезни. Это ее первый этап. Затем наступает второй этап – стационарная реабилитация. И, наконец, третий – амбулаторный, включающий различные санаторно-профилактические и физиотерапевтические процедуры. И основная задача реабилитации – это полное восстановление функций организма, либо, если полное восстановление невозможно, то уменьшение последствий болезни.

О каких функциях идет речь?

Ильдар Абызов, главный врач БСМП:

– Приведу пример с переломом кости. Если обеспечить покой, то перелом рано или поздно зарастет. Но при этом мышцы за то время, пока они не работали, могут атрофироваться. И нога или рука, которые полгода были без движения, уже не способны выполнять свою функцию. При коронавирусной инфекции в первую очередь страдает дыхательная система и ее главный орган – легкие. А функция дыхательной системы – это обеспечение тканей кислородом. Именно она не всегда восстанавливается в полной мере после перенесенной коронавирусной инфекции.

Почему это происходит?

Чтобы понять, почему это происходит, нужно иметь представление, как идет течение болезни. Сегодня, пожалуй, каждый знает, что COVID-19 вызывает пневмонию, но ее патогенез отличается от обычного воспаления легких. Сначала бактериального поражения легочной ткани у человека нет, но вирус запускает каскад процессов в организме, один из них – цитокиновый штром. Пневмония начинается вторично после того, как возникает инициированное вирусом повреждение легочных тканей – паренхимы. Это повреждение, если говорить популярным языком, можно сравнить с ожогом.

Ильдар Абызов:

– На начальном периоде мы видим, что пациенты не могут дышать. Если перевести в цифру понятие «задыхаются», то обеспеченность тканей кислородом снижается со 100 до 80-60 процентов. У пациентов синеют губы, они бледнеют, любое простейшее движение дается им с огромным трудом и вызывает сильнейшую одышку. И это сопровождается страхом, потому что человек с каждой секундой ощущает, что воздуха у него становится все меньше и меньше. Как биологическое существо он начинает искать выход, метаться, кислорода начинает потребляться больше и состояние больного часто переходит в панику.

Сейчас медики научились прерывать цитокиновый шторм препаратами, которые по сути вмешиваются в каскад защитных реакция организма. Другое дело, что в случае с коронавирусом, эта реакция зашкаливает, ее становится настолько много, что она повреждает свой же организм. В итоге степень последствий для здоровья человека будет зависеть от того, какой объем легочной ткани был поражен этим процессом на первом этапе болезни. Также от этого зависит распространенность бактериальной пневмонии на следующих этапах заболевания, в случае, если ее не удастся предотвратить.

Вторая, так называемая, голова зла у коронавируса – это гиперкоагуляция и образование микротромбов. Вирус как раз размножается в эндотелии кровеносных сосудов, то есть в клетках, выстилающих их стенки. И если они повреждены – тут же образуется тромб. Поэтому на фоне вроде небольшой пневмонии у части пациентов медики наблюдали инфаркты и инсульты. И поэтому противосвертывающие препараты – один из столпов лечения коронавирусной инфекции. 

Ильдар Абызов:

– Если продолжить аналогию с ожогом, то в пораженных участках легких на месте паренхимы появляется соединительная ткань. Отмечу, что это пока наши предположения. Информация об образовании фиброзной соединительной ткани после перенесенной коронавирусной инфекции пока еще накапливается. Полных данных нет и пока сложно к этому научно апеллировать, но все же косвенно эти предположения подтверждаются тем, что через месяц-полтора при комьютерной томографии легких у постковидных пациентов мы видим картинку, похожую на матовое стекло.

Таким образом измененные участки легких не выполняют свою функцию, то есть ткани недостаточно снабжаются кислородом, и здесь пациенту нужно помочь. И весь комплекс реабилитационных мероприятий и будет направлен на то, чтобы уменьшить участок поражения.

Как происходит отбор пациентов на реабилитацию?

Как правило, отбор пациентов на реабилитацию после перенесенного covid-19 осуществляет врачебная комиссия, согласно определенным шкалам, разработанным Минздравом РФ, при наличии у пациента дыхательной недостаточности. Решение о направлении пациента на реабилитацию, в свою очередь, принимает участковый терапевт.

Кирилл Нестерин, заведующий отделением реабилитации ГКБ №1, главный реабилитолог Минздрава Чувашии:

– Для реабилитолога главное не диагноз, а функциональное нарушение. Например, если у ковидных пациентов – это одышка, то задача врача с помощью физических методов реабилитации – увеличить функциональные возможности пациента, в данном случае – разработать легкие.

Что входит в программу реабилитации?

Реабилитация подразумевает занятия лечебной физической культурой, физиотерапию и кислородные коктейли. Но, учитывая, что COVID-19 часто поражает людей, которые уже изначально болеют, например, сахарным диабетом или гипертонической болезнью, то им наяду с физиотерапией оказывается медикаментозная поддержка. Иногда подключается психолог.

Антонина Иванова, главный врач ГКБ №1:

– По сути в реабилитации ковидных больных нет ничего нового. Существуют временные рекомендации, а также шкала реабилитационной маршрутизации (ШРМ), разработанные Минздравом РФ. В остальном амбулаторная помощь строится на давно известных принципах. Например, на базе дневного стационара ГКБ №1 создана мультидисциплинарная реабилитационная команда, в которую входят: врач-терапевт, физиотерапевт, врач лечебной физкультуры, медицинский психолог и инструктор-методист. И программа реабилитации разрабатывается всеми членами бригады.

Как отслеживается прогресс в реабилитации?

Людмила Белоглазова, заместитель главного врача по терапевтической деятельности ГКБ №1:

– Мы проводим функциональные пробы и оцениваем состояние пациента до реабилитационных мероприятий, во время и после них. Есть цифры, которые характерны для абсолютно здоровых людей и наша задача, чтобы показатели пациента максимально приблизились к этим значениям. Кроме того, мы отталкиваемся от клинического состояния пациента, опираемся на его жалобы – проходят ли они, каково его самочувствие, толерантность к физической нагрузке.

Сколько времени занимает реабилитация?

Стандартный срок реабилитации – две недели. При этом врачи не берутся с уверенностью утверждать, сколько времени понадобится для полного восстановления здоровья тому или иному пациенту. Здесь многое зависит от тяжести заболевания и реабилитационного потенциала человека.

Хотите читать новости в удобном для вас виде?
Подпишитесь:
Сообщите новость
Город
В Чебоксарах на дистанционку ушли 9 тысяч школьников
ТЕМА ДНЯ

Администрация досрочно расторгла контракт с перевозчиком, ссылаясь на нарушения договора

В две ближайшие пятницы поездки для пассажиров в Чебоксарах с DiDi обойдутся до 50% дешевле

Серия входит в цикл фильмов о волжских регионах

Штурм крупнейшей реки Европы подвел итоги 12-летнего возведения Чебоксарской ГЭС, объявленной Всесоюзной ударной стройкой